Музы Александра Сергеевича Пушкина - Персона - Это интересно! - Каталог статей - Читаем всей семьей
Главная | Регистрация | Вход | RSS Суббота, 03.12.2016, 18:36
Приветствую Вас Гость

Книжный портал "Читаем всей семьей"

Главная » Статьи » Это интересно! » Персона

Музы Александра Сергеевича Пушкина
Пушкин и Каролина Собаньская

Жизнь светского общества в Киеве протекала особенно оживленно в губернаторском доме. На Левашевской улице по вечерам, особенно в дни праздников, собирался весь город. В толпе гостей оказался однажды и Александр Пушкин.

Дом Раевских, где остановился поэт, сообщался с губернаторским домом общим садом. Естественно, соседи часто виделись. В доме губернатора Ивана Яковлевича Бухарина и его супруги Елизаветы Федоровны поэт встречался с незаурядными людьми - будущими декабристами, с польскими патриотами.

Однако влекло его и другое. В пестром хороводе местных красавиц он сразу же выделил двух элегантных дочерей графа Ржевуского. Обе были замужем. Младшей, Эвелине, исполнилось семнадцать, и была она, по словам знавших ее тогда, «красивой, как ангел». Старшая, Каролина, отличалась не меньшей привлекательностью, но уже тогда это была красота сладострастной Пасифеи.

Каролина была старше поэта на шесть лет. Она произвела на него неизгладимое впечатление. Тогда, в Киеве, она, как комета, вспыхнула на его горизонте и исчезла. Но не навсегда - поэт неожиданно встретил ее в Одессе.

Каролина обладала роскошной фигурой. Ее округлые плечи, пышная грудь, нежные, красивые руки, притягивали многих. О ее необыкновенных огненных глазах, которые, раз увидев, невозможно было забыть, вспоминал ее современник Б. М. Маркевич. Очи эти обжигали каким-то затаенным пламенем и, казалось, тайно сулили неземные радости. И сердце Александра Сергеевича воспылало под действием этих неземных, магнетических очей.

Радость встречи с Каролиной омрачил Ганский, муж Эвелины, который, заметив, как поэт вожделенно смотрит на его свояченицу, намекнул, что страсть его может оказаться роковой.

Однако, Пушкин продолжал искать с возлюбленной встреч, посещая вместе с ней театры, бывая на одних и тех же балах,

Но им суждено было расстаться…

«Они расстались, но во сне

Она ему являлась часто,

И грудь горела вся в огне,

Горела страстно и ужасно.

Но ждал ли Пушкин встречи снова?

Наверно нет, но вот судьба

К поэту так была сурова,

Что с ней ещё его свела.

Она плыла, как будто фея,

Сходила что к нему во сне,

И снова страсти Гименея

Вскружили голову во мгле.

Но было ль счастие возможным?

«Увы, увы»…- шептал поэт.

Опять всё оказалось ложным,

Хоть и казалось: будет свет».

Встретились они снова через шесть лет, в холодном, мрачном Санкт-Петербурге. Чувство поэта вспыхнуло с новой силой, и он, как в лихорадке, набросал несколько посланий к возлюбленной. В этих письмах он признавался, что испытал всю силу ее власти, что обязан ей тем, что познал все муки любви, которую преодолеть не может. Поэт так и не решился отправить послания возлюбленной. В 1935 году Т. Г. Цялковская установила, что адресат этих двух самых страстных писем Пушкина именно Собаньская – роковая полька, которую называли еще «одесской Клеопатрой». Имя этой Каролины долгое время отсутствовала в списках женщин, претендующих на высокое звание «музы поэта» из-за ее агентурной деятельности, которую она вела в России на службе у барона фон Витта. Она многих предавала, и многие поражались ее холодности и беспринципности. Среди пострадавших оказался и ее соотечественник, Адам Мицкевич, тоже плененный ей. Ему она принесла только несчастья, сделав «одиноким странником», опальным в Одессе. Мицкевичу было очень тяжело, и примерно в это же время он познакомился с А. С. Пушкиным. А, когда они снова встретились в столице, Каролина Собаньская позвала их на чай обоих. Адам сумел перебороть жгучее чувство, а вот Александр вспомнил былое…

Любовь Пушкина к Собаньской

«Я вновь люблю, но страсти жар

Меня не радует, терзает.

В душе безумствует пожар,

Ужасный огнь меня сжирает.

Я не могу жить без неё,

Она - жестокий демон ночи.

Она – несчастие моё,

Туман, мои затмивший очи.

Хочу быть близким с ней – нельзя.

Отказ. О, как она жестока!

Страдаю по Собаньской я,

Но всё лишь просто воля рока».

Каролина не зря приглашала в свой салон таких видных поэтов, как Мицкевич и Пушкин: распаляя их страсть, и удерживая у себя, она спокойно вела за ними наблюдение.

Собаньская была той женщиной, настоящая роль которой в жизни поэта не установлена. Многие считают, что Собаньская была к Александру Сергеевичу «подослана», хотя Анна Ахматова утверждала, что так судить нельзя. Она считала, что чувство Пушкина к ней было искренним, и ее отказ вполне естественным. Отрезвление пришло несколько позже, и в 1830 г . поэт написал следующее стихотворение, посвященное роковой польке:

«Я вас любил: любовь еще, быть может,

В душе моей угасла не совсем.

Но пусть она вас больше не тревожит;

Я не хочу печалить вас ничем.

Я вас любил, безмолвно, безнадежно,

То робостью, то ревностью томим;

Я вас любил так искренно, так нежно,

Как дай вам бог любимой быть другим».

Полностью избавился он от ее влияния только тогда, когда встретил свою истинную любовь – изящную красавицу Наталью Николаевну Гончарову.
Тайная муза Александра Пушкина

Существует мнение, что русская императрица Елизавета Алексеевна (Луиза-Мария-Августа, принцесса Баденская), была тайной музой Пушкина.

Впервые поэт увидел русскую императрицу на открытие Царскосельского лицея в 1811 г . Всем мальчишкам она казалась богиней. Елизавета и Александр были очень красивой супружеской парой, несмотря на то, что жили раздельно. У Александра были свои увлечения, а Елизавета страстно любила поляка Адама Чарторыйского, разлука с которым оставила тяжелый след в ее душе. Несмотря на то, что молодая женщина пережила бурный роман с ротмистром Алексеем Охотниковым, который был убит в 1807 г . при выходе из театра, любовь к князю Адаму не проходила, и Елизавета погружалась в уныние и печаль. Тем более что она считала себя виноватой в гибели Алексея.

Но Александр не терпел соперников, и таким образом давал супруге понять, кто главный в доме Романовых. Кроме того, что поляк Чарторыйский из-за вечного «польского вопроса» просто стал разменной монетой в руках всесильных царедворцев, которых и после поражения Наполеона Бонапарта в 1815 году Польша очень волновала. Александр не доверял Адаму, зная, что рядом с Наполеоном все время была другая полячка, сторонница пропольской партии, Мария Валевская, и тем самым наносил в его сердце бесконечные удары. Но, несмотря на это, Адам Ежи играл значительную роль в Венском конгрессе 1815 г ., когда отношения с русской императрицей возобновились снова. Елизавета, страдавшая от бесконечных амурных похождений мужа в Вене, нашла утешение в объятьях возлюбленного. В 1818 г . Елизавета Алексеевна написала князю Адаму проникновенное письмо, которое тщетно пыталась скрыть от него русская полиция. Для женщины ее положения, письмо с признанием в любви человеку было довольно дерзкой выходкой. Знал ли об этом Александр Пушкин? Вероятно, что знал. И, скорей всего, отголоски именно этого случая нашли свое отражение в романе «Евгений Онегин» - вспомним дерзкое письмо Онегину Татьяны, а так же их роковую, последнюю встречу на балу, когда Онегин встретил Татьяну уже супругой пожилого, но искренне любившего ее генерала…

Одно время Елизавета руководила Царскосельским лицеем, что она исполняла весьма исправно. В Лицее, куда был определен юный Пушкин, был культ Елизаветы. День ее именин, 5 сентября, считался выходным днем для учащихся. В этот день занятий не было, и мальчишки гуляли во всю. Однажды, Пушкин, Пущин и Малинин отметили этот день такой пьянкой, что их едва не исключили из Лицея. Но откуда-то свыше, от милой голубоглазой богини, пришло прощение…

Юный Александр не зря увлекался царской четой: и Елизавета, и, тем более, Александр, были очень красивыми людьми. Жестокий характер русского императора скрывался за ангельской внешностью. Красота русской императрицы считалась непорочной. Не зря, влюбленный в неё до конца своих дней, Адам Чарторыйский, признался Александру I , что его супруга в момент близости похожа на богиню. И Александр и Елизавета были блондинами. Александр своей внешностью и природным обаянием покорил не только русских вельмож, но и заграничных императоров, в том числе и Наполеона I . Елизавета должна была по праву быть воспетой одним из самых значительных русских поэтов. Она умерла 4 мая 1826 года, почти сразу после восстания декабристов. Несчастная женщина, нелюбимая мужем, страдавшая от роковой любви, тщетно пытавшаяся забыть все, умерла, похоронив своих детей. Умерла, схоронив в своем сердце тайну вечной, искренней любви…

Вспоминая лицейские годы, в 1830 г ., Пушкин писал:

В начале жизни помню я:

Там нас, детей беспечных, было много;

Неровная и резвая семья:

Смиренная, одетая убого,

Но видом величавая жена,

Над школою надзор хранила строго

Толпою нашею окружена,

Приятным, сладким голосом бывало,

С младенцами беседует она

Ее чела я помню покрывало,

И очи светлые, как небеса,

Но я вникал в ее беседы мало,

Меня смущала строгая краса

Ее чела, спокойных уст и взоров,

И полные святыни словеса,

Дичась ее советов и укоров,

Я про себя привратно толковал

Понятный смысл ее правдивых разговоров.
Надежда Львовна Сологуб

Одной из соперниц прекрасной Натали в свете была графиня Надежда Львовна Сологуб. В ту пору, когда Пушкин обвенчался, ей было всего 16 лет, но она уже слыла роковой красавицей. Надежда Львовна была фрейлиной великой княгини Елены Павловны, и в нее, между прочим, был безнадежно влюблен сын известного историка Андрей Карамзин. Натали безумно ревновала супруга к сопернице, тем более что по свидетельствам очевидцев, Пушкин на вечерах позволял себе открыто за ней ухаживать. Надежда, или Надин, как ее звали в свете, блистая на балах своей красотой, вызывала у Натали самые неприязненные чувства. Андрей Карамзин в письме к Вяземской от 17-18 октября 1834 года, рассказывал о Наталье Николаевне, дружившей с дочерью Вяземской, Марией: «Она сердится на Мари за молчание и за дружбу с графиней Сологуб». Не выдержав соперничества, Натали уехала в Калужское имение родителей – Полотняный завод. Наталью Николаевну не оставляли мысли о сопернице. Пушкин в письме от 1834 г . открыто выговаривал ей: «Лучше бы ты о себе писала, чем о Sollogoub , о которой ты забираешь в голову всякий взор, на смех всем честным людям и полиции, которая читает наши письма».

Стараясь избежать ревнивых обвинений, поэт, в письмах к жене, в угоду ей, нарочно обзывал ее соперниц. Например, Анну Керн об уме которой ходили легенды, он открыто назвал дурой, а Сологуб – шкуркой, шутливо зовя жену «бой-бабой».

В июле 1836 г . Надежда Львовна уехала в Баден-Баден. И, неожиданно для всех, заграницей, вышла замуж за А. Н. Свистунова (брата декабриста П. Н. Свистунова). Впоследствии Надин никогда не пожалела о своем выборе: ее супруг стал членом Совета министерства и получил звание камергера двора.


АВТОР СТАТЬИ: Сысуева Ольга

Список литературы
Грачева И. Соперницы прекрасной Натали // Наука и жизнь. – 2006. - T70;2. – С. 40-45;
Милый демон: К. А. Собаньская в жизни и творчестве А. С. Пушкина // Муз. жизнь. – 1994. - T70;5. – С.26-31;
Краваль Л. Милый демон… портрет Каролины Собаньской в рисунках Пушкина // Волга 1991. – С.174-180;
Белоусов Р. Муза и лира // Я помню чудное мгновенье (из русской любовной лирики). – М. 1987.- С. 5 -22;
Белоусов Р. И божество и вдохновенье // Я помню чудное мгновенье (из русской любовной лирики). – М. 1987.- С. 88- 97;
Пушкин А. С. «Я вас любил…» // Я помню чудное мгновенье (из русской любовной лирики). – М. 1987.- С.142;
Использованы также стихи автора статьи.



Источник: http://Литературный интернет-журнал "Колесо" выпуск 17-1
Категория: Персона | Добавил: LizBetta (26.10.2008) | Автор: Ольга Сысуева
Просмотров: 7730 | Рейтинг: 5.0/1 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Меню сайта

Категории каталога

Персона [22]
биографии, интересные факты
Это интересно! [17]

Форма входа

Поиск

Друзья сайта

ОстровОК Cайты Кемерово и Кемеровской области
Каталог сайтов Кузбасса.

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Мини-чат